Идеалы нового мира. За что воюют иностранные добровольцы на Донбассе

Коммандант Пуаро с французскими добровольцами
Коммандант Пуаро с французскими добровольцами

Конфликт на Донбассе объединил очень разных людей. Если бы в 2013 году автору этих строк, богемной девочке, жившей тогда в Петербурге, кто-нибудь сказал, что в 2015-м буду готовить окрошку в Луганске русскому националисту из Латвии, то боюсь, не поверила бы… Ну что там мог забыть русский националист из Латвии?

Американец Рассел Боннер Бентли
Американец Рассел Боннер Бентли (позывной «Техас»)

Но началась война, и теперь в Донбассе можно увидеть представителей самых разных государств. Большинство из них предпочитают скрывать свои лица, но есть и такие, кто открыто демонстрирует себя миру.

Маргарита Зайдлер из Германии
Маргарита Зайдлер из Германии

Кто-то из них воюет. Некоторые — журналисты. Другие занимаются политикой. Есть ультралевые, есть и ультраправые, а кто-то — посередине. Назвать некий фактор, который объединял бы их всех, сложно. Наверное, это гуманизм.

Командир сербских четников Братислав Живкович
Командир сербских четников Братислав Живкович

Почти каждый иностранец, с которым удалось пообщаться, упоминал 2 мая 2014-го в Одессе. Это событие не осталось незамеченным, и, кажется, именно оно стало точкой выбора, после которой люди решали: менять свою жизнь или закрывать глаза на реальность.

Рафаэль Маркес Лусварги, доброволец из Бразилии
Рафаэль Маркес Лусварги, доброволец из далёкой Бразилии

Впрочем, на самом деле, большинство из них приехали в Донбасс позже: одного потрясения недостаточно, чтобы сдвинуть картину мира с места, это естественно.

Сейчас подсчитать точное количество иностранных добровольцев сложно: они воюют в разных подразделениях. Однако рабочая группа ООН в марте 2016 года насчитала 176 человек. «Среди них большое количество людей из Российской Федерации, а также — из Сербии, Беларуси, Франции и Италии», — говорится в сообщении.

Приведенная цифра вызывает вопросы: неужели действительно 176 человек включают добровольцев из России, которых сложно назвать иностранцами?

Наемники или добровольцы?

В украинских СМИ фигурирует термин «наемники». То есть, если, к примеру, грузин приезжает воевать в неонацистский батальон «Азов», то он доброволец. Если же сосед этого условного грузина приезжает служить в ДНР, то он наемник.

По факту же добровольцы Новороссии денежное обеспечение поначалу получали минимальное, если вообще получали. Сейчас же ситуация изменилась, зарплаты регулярно выплачиваются и солдатам, и офицерам.

Тем не менее, согласно определению Женевской конвенции, наемник «принимает участие в военных действиях, руководствуясь, главным образом, желанием получить личную выгоду, и которому в действительности обещано стороной или по поручению стороны, находящейся в конфликте, материальное вознаграждение, существенно превышающее вознаграждение, обещанное или выплачиваемое комбатантам такого же ранга и функций, входящим в личный состав вооружённых сил данной стороны».

Последнее совершенно не относится к иностранным добровольцам ЛДНР. Это идеалисты, которые служат не за деньги, а за свои мечты о прекрасном новом мире.

Мечты, кстати, разные. Например, боец ОБСН «Патриот» с позывным «Палач» приехал из Приднестровья потому, что его родина уже столкнулась с агрессией НАТО и ситуация в Донбассе не оставила его равнодушным. Некоторое время под Луганском воевал этнический русский из Северной Европы, считавший своим долгом защищать права русских.

Были группировки по национальному признаку. Одна из них — венгерский добровольческий «Легион святого Иштвана», который считает Закарпатье частью Венгрии, а не Украины. Были сербские подразделения: как и Приднестровье, Сербия давно уже выяснила, что такое миротворческие инициативы НАТО.

Нелюбовь к американской агрессивной политике объединила людей из разных стран в Интербригадах: в первую очередь, это относится к «Пятнашке» в ДНР и «Призраку» в ЛНР. Тем не менее, важно отметить, что национальные батальоны сейчас фактически упразднены, а их участники частично влились в различные структуры Народной милиции, частично разъехались по домам.

Разочарование в идеях Новороссии, к сожалению, — отдельная большая тема. Впрочем, дело не только в разочаровании: нельзя вечно воевать на чужой земле.

Новый СССР

Пожалуй, самая цельная идеологическая концепция — в Интербригаде (Interunit) бывшей ОМБР, а ныне 4-м территориальном батальоне. Костяк «Призрака» с самого начала составляли идейные коммунисты, и за два года войны этот костяк сохранился. Находиться там — это как ненадолго вернуться в потерянный рай.

Interunit насчитывает до тридцати человек, некоторые из которых воюют, а некоторые сосредоточены на политической деятельности.

Самый распространенный ответ на вопрос о мотивах, побудивших человека из другой страны приехать в Донбасс, звучит так: «Потому что я коммунист и антифашист». Логично.

Впрочем, не только. Например, история сирийца с позывным «Леон» похожа на сценарий артхаусного кинофильма. Он приехал на Украину до войны. У него здесь была жена, но не срослось. А уехать не получилось: начались боевые действия. Через Украину выехать было невозможно. Он попытался выехать через Россию, но там у него потребовали российскую визу, а наличествовала только украинская. В охваченном войной городе было не до оформления документов.

«И тогда я подумал: какая разница, где я буду умирать? В Сирии война и тут война. Там ИГИЛ, тут фашисты». Как и для многих, война для него началась после Одесского сожжения людей. Леон впечатлился и пошел на службу. Никакой лишней рефлексии, взял и пошел.

«Я тебе скажу, в Донбассе было как в Сирии. Перед войной украинские телеканалы показывали, что здесь террористы, бомжи, все, в общем, плохие. Это очень напомнило Сирию. Одинаковая схема: приезжает Джон Маккейн или Джон Байден и начинает разговаривать о новой демократии…»

Когда Леон пришел записываться в ополчение, ему с удивлением сказали, что в сирийской армии он был бы уместнее. «Но я не мог выехать. У меня не было визы. Если бы у меня была виза, я бы служил в сирийской армии».

Республика победившего сюрреализма, подумалось в свою очередь автору этих строк.

Вот он, кстати, не называет себя коммунистом. Говорит, что симпатизирует этой идее, но читал слишком мало, чтобы однозначно отнести себя к ним. В этом вопросе Леон, скорее, исключение.

Про других он по секрету говорит: «Кажется, они не понимают, что республики получились не очень народные и возврата к СССР не будет». Я, разумеется, немедленно уточняю. Нет, не все так плохо.

«Это пока не идеальное общество, но, во-первых, мы антифашисты. Во-вторых, достаточно много людей разделяют идеалы коммунизма. В-третьих, у нас есть оружие», — говорит командир Interunit Немо.

Немо — человек, которого ожидаешь встретить, скорее, в литературном клубе, чем на донбасской войне. Немного напоминает персонажа из романа XIX века, интеллигентный, рефлексивный и глубоко идеалистичный. Он приехал из Италии в 2015 году, оставил там семью. Говорит, что скучает по семье и родине, но выбор сделан.

Его товарищ, испанец Койна, больше похож на русских нацболов. Он эмоционален и выглядит слегка богемно. До войны был университетским преподавателем, социолог-антрополог. Приехал на Донбасс не так давно, в этом году.

«Я здесь чувствую себя дома, среди своих, — говорит он. — Я приехал поздно потому, что долго обдумывал ситуацию. Но в итоге я пришел к выводу, что мой путь — сражаться. На родине я не могу сделать ничего, здесь я могу быть среди антифашистов».

Двадцать лет назад Койна узнал, что Украина поддержала Гитлера. Очень был впечатлен. Говорит, что после этого Майдан и трагедия в Одессе не удивили его. Сложно теперь объяснить, что Гитлера поддержала не вся Украина, а кучка радикалов.

И думаешь: вот так спустя семьдесят лет в учебниках истории напишут, что в начале XXI века вся Украина была нацистским государством. И ведь не докажешь ничего. И очень обидно становится за партизан Харькова и Одессы, например.

Шкала ответственности

Эти люди прячут лица и не называют имен по вполне понятным причинам: они не теряют надежды вернуться на родину после войны. Там их вполне могут арестовать за терроризм.

Иностранные добровольцы на Донбассе
Группа не назвавшихся товарищей

«У нас в Сербии есть закон, запрещающий сербам воевать в других странах в качестве добровольцев. По этому закону предусмотрено наказание до 10 лет тюрьмы. И сейчас спецслужбы угрожают нашим семьям, что если мы не вернемся, то они посадят их за соучастие в преступлении. Поэтому лучше уж пусть проблемы будут у нас, чем у наших семей», – сказал ранее в интервью «Ридусу» 22-летний сербский доброволец Стефан, объясняя почему вынужден возвращаться на родину в разгар боевых действий.

Испанский доброволец Лаки в прошлом году приехал домой, его арестовали, но потом отпустили за недостатком улик. Ничего не помешало ему вернуться на Донбасс и продолжить войну…

Анна Долгарева



З поріднених рубрик:

Реклама:

Коментарі:
  • 02.11.2016 at 15:55
    Посилання

    Сегодня они видят в нас свой шанс на единение всех здоровых сил, на победу в продолжающейся борьбе за свободу и человеческое достоинство – то настоящее достоинство, которое было даровано Богом, а не то, что обещали олигархи своим майданным холопам.

    Відповісти
  • 04.11.2016 at 15:06
    Посилання

    El pueblo unido jamás será vencido!
    [эль пуэбло унидо хамас сэра венсидо]

    Наш час настал, к оружию, мой друг!
    Шахтёр, студент, крестьянин, металлург.
    Борьба идёт без гимнов и знамён.
    Вперёд, вперёд, Альенде батальон.

    Відповісти
  • 05.11.2016 at 17:13
    Посилання

    В продолжение темы. Знаменитый американский боец ММА Джефф (Джеффри) Уильям Монсон получил гражданство самопровозглашенной Луганской народной республики и ждёт перемен…

    Відповісти
  • 07.11.2016 at 13:52
    Посилання

    А что же вы ничего не говорите о российских оккупантах, которых на Востоке Украины сейчас больше, чем всех остальных иностранных наемников и террористов?

    Відповісти
    • 09.11.2016 at 10:44
      Посилання

      Во-первых, там нет российских «оккупантов», «наёмников» и «террористов». У этих терминов есть вполне конкретные определения. Можете посмотреть в Википедии. Во-вторых, присутствие русских и, в частности, российских добровольцев никто не отрицает. В-третьих, статья посвящена иностранным добровольцам, а россияне для украинцев – не иностранцы.

      Відповісти
  • 09.11.2016 at 08:24
    Посилання

    «Я хату покинул, ушел воевать, чтоб землю в Гренаде крестьянам отдать»

    Відповісти

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *

Потрібна допомога

Соціальна мережа для тих, хто допомагає дітям